Успешная военная карьера считается в Израиле наилучшим трамплином для вхождения в политику. Высокий престиж, широкая известность, наконец, материальная обеспеченность, сразу позволяющая включиться в предвыборный марафон - все это делает высокопоставленных генералов потенциальными политиками первой величины.
Однако стремительное политическое восхождение Йосефа Лапида ясно показывает, что журналистская карьера в этом отношении гораздо эффективней, нежели генеральская.
Присоединившись к Шиную за два месяца до выборов, Лапид придал совершенно выдохшейся партии, партии исходно не проходящей электорального барьера, 6 мандатов, т.е. ровно столько же, сколько дали партии центра 2 уважаемых генерала. Если же учесть, что при этом Лапид окончательно разгромил Цомет, перетянув его электорат, то это значит, что на политическом поприще один этот израильский журналист стоит трех генералов, двое из которых были главнокомандующими, а один министром обороны!
А ведь в журналистском мире Лапид отнюдь не звезда первой величины. Вздорный и провокативный, он всегда мог наскакивать и на левых и на правых, но при этом никогда не имел своей собственной позиции: от всех его нападок обычно веяло эпатажем и горлопанством. И вот оказалось, что один этот средний журналист стоит троих блестящих генералов!
Но почему же тогда другие журналисты не идут в политику? Почему в кнессете любого созыва не менее десятка отставных генералов, но нет отставных журналистов?
По-видимому, уход в политику для журналиста - это не взлет, а падение. Примерно такое же падение, как для крупного политика - обращение к дипломатической деятельности.
Ведь хотя власть журналиста над обществом не столь непосредствена, как у политика, она гораздо более могущественная. Не говоря уже о том, что эта власть не обусловлена волеизъявлением народа: как и монархов, журналистов не выбирают, их получают такими, какие они есть.
За примерами всевластия прессы ходить далеко не приходится. Поэтому я наугад беру несколько ближайших: После того как произошло два убийства в среде школьников, все разом заговорили о критической ситуации в этой области. Мы узнали, что только в этом году полицией было возбуждено более двух тысяч уголовных дел среди подростков на почве насилия. Сразу же были оглашены опросы, согласно которым большинство учащихся идут на занятия со страхом.
Израильские СМИ оказались перегружены обсуждением проблемы насилия среди школьников. Говорилось обо всем, однако при этом никем не оговаривалась одна деталь: все эти сведения, вся эта “статистика” относятся только к светским, а не к религиозным школам. Пресса говорила о светской системе образования с таким видом, как будто бы речь шла о каком-то вполне общем явлении.
Религиозные школы периодически привлекаются журналистами к ответу по самым разным поводам, но в данном случае о них почему-то никто не вспомнил.
Я не поручусь,что все учебные религиозные заведения в этом отношении одинаковы. Во всяком случае известно, что ряд государственных религиозных школ находится на вполне “общем” уровне. Но все это догадки. Никаких подробностей на этот счет услышать невозможно. Единственной радиостанцией, обращающей внимание на то, что в отношении насилия религиозные школы выгодно отличаются от светских, является Аруц 7.
Не так давно по этому же каналу сообщалось еще об одной истории, блестяще характеризующей могущество прессы: Все мы помним кампанию, развернувшуюся в конце мая против пиратских радиостанций, нарушающих - так нам рассказывали - связь пилотов с диспетчерами аэропорта.
Между тем, по данным Седьмого канала - те помехи, о которых шла речь в майских репортажах, были сделаны не пиратскими религиозными радиостанциями, а злоумышленником, работающим в системе государственного радиовещания. Этот человек сознательно подвергал опасности жизни сотен людей, для того чтобы скомпрометировать самочинное религиозное вещание.
Но официальная пресса, так бойко включившаяся в шельмование пиратского радиовещания, в данном случае явно не торопится удовлетворить право общества на получение информации.
Наконец, блестящий пример уже не царского, а поистине жреческого всевластия представляет собой недавняя передача Иланы Даян “Увда” (“Факт”), посвященная проблеме Голан.
Собственно говоря, речь в этой передаче шла не о Голанах, а о вере Иланы Даян в то, что если с голанского плата согнать поселившихся там 17 000 евреев, то угроза того, что саму ее прогонят из Тель-Авива, резко снизится. Для того, чтобы превратить эту свою проблематичную веру в “факт”, ведущая собрала на склоне Голан несколько своих единоверцев и предложила им высказаться на эту тему.
То, что проделала Илана Даян, явно относилось уже не столько к журналистике, сколько к магии, на худой конец, к массовому гипнозу. Телезрителям внушалось, что число сторонников отступления с Голан неукоснительно растет, и что скоро они составят большинство. Объявив всем своим видом, что это большинство уже можно считать достигнутым, Илана Даян вместе со своими единоверцами - земляками представили передачу Голан Сирии как дело давно решенное и исторически предопределенное. Демонстрировалась несколько интервью с обитателями Голан, в которых все как на подбор выражали уверенность, что уйти им придется, да они и не против.
Позицию тех, которые в отношении Голан (пока все же еще!) представляют большинство израилитян, выражало всего двое приглашенных. Но как водится, им высказываться не давали, постоянно перекрикивали и тем самым дополнительно подчеркивали проигрышность их дела.