Одним из последних эпизодов эпохи крестовых походов является так называемый “крестовый поход детей”. Некие экзальтированные монахи решили попробовать взять мусульманские твердыни с помощью слабеньких детских ручонок, полагая, что всемогущий Бог окажет им свою поддержку и сокрушит неверных. Поход этот закончился самым плачевным образом: тысячи детей погибли, так и не достигнув цели.
Это далекое историческое событие невольно приходит на память, когда наблюдаешь последнюю “интифаду мира”. Причем эта ассоциация обусловлена не только тем, что сегодня палестинцы рвутся к Иерусалиму, подставляя под пули своих детей, что сегодня они делают ставку в своей борьбе на слабые детские ручонки. В первую очередь это обусловлено тем, что сам характер палестинской революции - подростковый.
Та экзальтация, которая охватила сегодня палестинцев, тот революционный энтузиазм, с которым они предвкушают скорое вхождение в Иерусалим, отдает таким фантазерством, которое обычно свойственно лишь подросткам.
Палестинцы как будто бы и впрямь решили, что дни сионистского врага сочтены, что стоит им выйти на улицы и затеять перестрелку, как союзные арабские армии немедленно вторгнутся в Палестину и государство евреев рассыпется как карточный домик.
Во всяком случае события прошедшего месяца свидетельствует о том, что палестинская улица пламенно в это верит, что палестинская улица живет чувством своей решительной и скорой победы.
Нельзя сказать, что ее ощущения совершенно неадекватны. Все те немыслимые унижения, на которые шел Израиль ради того, чтобы только “не спугнуть” своего долгожданного партнера по мирным переговорам, не могли не расцениваться этим партнером как слабость.
Семилетнее стояние нашей страны с протянутой рукой и заплеваной рожей не могло пройти даром, не могло не возродить в арабских сердцах пламенных надежд на наше скорейшее уничтожение.
Когда одна сторона уверяет, что нет другой альтернативы кроме мирных переговоров, что не существует военного решения существующей проблемы, то другая сторона закономерно усматривает в этом только неспособность первой стороны воевать и соответственно как раз не видит возможности политического решения. Это общая закономерность. Так происходило бы при любом межнациональном конфликте. Однако в случае подростковой психологии этот общий эффект неизбежно усиливается.
Для того, чтобы палестинская улица пришла в чувство и потеряла доверие к своему задержавшемуся на подростковом уровне лидеру, должно пройти немало времени. Но главное, для этого необходимо вернуть утраченное израилитянами национальное достоинство.